Т. обратилась в Снежинский городской суд Челябинской области с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Техногарант» о расторжении лицензионного договора, о возврате уплаченных за навязанные дополнительные услуги при заключении кредитного договора денежных средств, взыскании убытков и процентов, а также в связи с нарушением ее прав как потребителя о компенсации морального вреда и взыскании штрафа, обосновав свои исковые требования тем, что она 10 февраля 2026 года заключила с Публичным акционерным обществом Банк ЗЕНИТ кредитный договор полной стоимостью 2.442.717 рублей 43 копейки, из которых 1.697.000 рублей 00 копеек предназначены для оплаты приобретенного истцом автотранспортного средства, 75.000 рублей 00 копеек предназначены для оплаты страховой премии по договору страхования, 5.580 рублей 00 копеек предназначены для оплаты услуги смс - информирования о событиях по кредиту и 300.000 рублей 00 копеек предназначены для оплаты лицензионного соглашения с Обществом с ограниченной ответственностью «Техногарант». То есть, при оформлении кредитного договора Т. была «навязана» дополнительная услуга в виде права пользования ею программным обеспечением, правообладателем которого является Общество с ограниченной ответственностью «Техногарант», с тарифным планом «Автопомощник» стоимостью 300.000 рублей 00 копеек. Т. 19 февраля 2026 года в адрес Общества с ограниченной ответственностью «Техногарант» была направлена в форме заявления претензия о расторжении договора с указанной организацией с требованием о возврате истцу 300.000 рублей
00 копеек, но в удовлетворении данной претензии Т. было отказано. В этой связи Т. просила суд расторгнуть заключенный между нею и Обществом с ограниченной ответственностью «Техногарант» 10 февраля 2026 года лицензионный договор №№, взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Техногарант» в пользу Т. понесенные ею при заключении кредитного договора расходы по оплате дополнительных услуг в размере 300.000 рублей 00 копеек, убытки в размере 34.534 рубля 96 копеек в виде уплаченных
Банку процентов на сумму дополнительных услуг, в порядке статьи
395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты в размере 1.649 рублей 60 копеек по дату взыскания денежных средств, в связи с нарушением ее прав как потребителя в качестве компенсации причиненного ей морального вреда 50.000 рублей 00 копеек и штраф, а также понесенные ею расходы на оплату услуг представителя в размере 50.000 рублей 00 копеек.

 В соответствии со статьей 128 Гражданского кодекса
Российской Федерации к объектам гражданских прав относятся вещи (включая наличные деньги и документарные ценные бумаги), иное имущество, в том числе имущественные права (включая безналичные денежные средства, в том числе цифровые рубли, бездокументарные ценные бумаги, цифровые права); результаты работ и оказание услуг; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

Исходя из данной нормы, результаты интеллектуальной деятельности не являются вещами, поскольку это самостоятельный объект гражданских прав.

В силу пункта 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Заключая 10 февраля 2026 года с Обществом с ограниченной ответственностью «Техногарант» лицензионный договор №№, Т. приобрела не право за плату получать определенные полезные действия в свою пользу, то есть услугу, а программу для ЭВМ, что соответствует предмету указанного лицензионного договора в форме передачи неисключительного пользовательского права (простой неисключительной лицензии) на пользование программы для ЭВМ согласно ее спецификации.

В соответствии с Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300 - 1 «О защите прав потребителей» правовому регулированию подлежат отношения, которые возникают между потребителем и изготовителем, исполнителем, импортером при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг).

Буквальное толкование данного положения приводит к выводу о том, что отношения, которые не связаны с продажей товаров, выполнением работ и оказанием услуг, находятся за рамками Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300 - 1 «О защите прав потребителей» безотносительно к их субъектному составу. При таком подходе приобретение программы для ЭВМ истцом для личных и домашних нужд, опосредуемое лицензионным договором, не охватывается положениями Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300 - 1 «О защите прав потребителей».

Суд посчитал установленным факт возмездного приобретения истцом Т. у ответчика Общества с ограниченной ответственностью «Техногарант» лицензии, поэтому приходит к выводу о том, что вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, в связи с чем основания для возврата вознаграждения по мотиву неиспользования лицензиатом соответствующего результата или средства отсутствуют.

Принимая во внимание указанный выше принцип свободы договора, суд посчитал установленным в судебном заседании то, что Т. подписала лицензионный договор № № от 10 февраля 2026 года, действуя по своей воле и в своем интересе, выразила согласие с условиями этого договора. При этом истец Т. имела возможность отказаться от заключения лицензионного договора №№ от 10 февраля 2026 года. Допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о принуждении Т. к подписанию этого договора, о «навязывании» его ей ответчиком, в материалах настоящего гражданского дела не имеется.

Суд в удовлетворении исковых требований Т. к Обществу с ограниченной ответственностью «Техногарант» о расторжении лицензионного договора, о возврате уплаченных за навязанные дополнительные услуги при заключении кредитного договора денежных средств, взыскании убытков и процентов, а также в связи с нарушением ее прав как потребителя о компенсации морального вреда и взыскании штрафа, отказал.

Решение в законную силу не вступило.